Лицо со шрамом

Весной 1980 года был открыт порт Мэйриэл Харбор, и тысячи кубинских беженцев ринулись в Соединенные Штаты на поиски Американской Мечты. Один из них нашел ее на залитых солнцем улицах Майами. Богатство, власть и страсть превзошли даже самые невероятные его мечты. Его звали Тони Монтана. Мир запомнил его под другим именем — Лицо со шрамом.

В заключительной сцене фильма в одном из моментов Аль Пачино хватается за дуло автомата. Несмотря на то, что на съёмках были использованы холостые патроны, ствол был настолько раскален, что, схватившись за него, Пачино получил серьезный ожог руки, вследствие чего съёмки пришлось приостановить на несколько недель.

Надпись на дирижабле точно такая же, как надпись, появляющаяся на здании в «Лице со шрамом» 1932 года.

Слово «fuck» использовано в фильме 218 раз.

Во время съёмок шли нешуточные дебаты о разрешении съёмок в Майами. В конце концов департамент туризма Майами принял решение не выдавать разрешение на съёмки, т.к., по их мнению, фильм мог серьезно повредить развитию туризма в городе.

Оливер Стоун написал сценарий фильма, борясь с кокаиновой зависимостью.

В сцене, где Тони лежит в ванне и смотрит телевизор, он говорит Мэни: «Look at dem pelicangs fly». Именно эту фразу использовал Пачино, пытаясь выработать у себя кубинский акцент.

Фильм повлиял на развитие хип-хоп культуры и рэп музыки в конце 1980-х. Так, например, «The Geto Boys» использовали несколько цитат из фильма в своих песнях, а один из рэпперов в этой группе взял себе псевдоним «Scarface» (им был Брэд Джордан, в настоящее время являющийся одним из руководителей «Def Jam South»).

Фильм посвящен Бену Хекту и Ховарду Хоуксу.

Предполагалось, что действие фильма будет происходить в Чикаго, но от этой идеи пришлось отказаться из-за бюджетных ограничений.

Первоначальным выбором продюсеров в качестве режиссера был Сидни Люмет. Именно он предложил, чтобы главными героями картины стали кубинцы.

Оливер Стоун назвал Тони Монтану в честь Джо Монтаны, своего любимого игрока в футбол.

Брайану Де Пальма настолько понравился сценарий фильма, что он отказался от постановки «Танца-вспышки» (1983).